пятница, 15 января 2016 г.

Итоги ушедшего 2015 года...



В данной статье я хочу подвести некоторый итог ушедшего 2015 года, актуализировать все самое важное, что произошло с нами за этот период. Делаю это потому, что когда новости проходят некоторым сквозным потоком, как бы фрагментарно, рассеянно во времени, они не образуют единой связной картины. Сразу оговорюсь, что не стану спрессовывать в данную статью все ключевые события и тренды года, но обращу внимание на те, которые, на мой взгляд, оказались ключевыми.
Если смотреть на факты в общем, то на самом деле ситуация, как определил наш президент (не я, а он), «тяжелая, хотя и не катастрофическая». И, осмелюсь предположить, с тенденцией к ухудшению.
Главным событием года для нас в экономике является, без сомнения, снижение цен на нефть. Цена за баррель нефти марки Brent в текущем году продолжила свой спад и составляет на сегодняшний день – $29.95 за баррель, в то время как на 01.01.2015 она была $52.99. Напомню, что предыдущий пик максимума цены был в июне 2014 года, когда она составляла $112.4, то есть за полтора года сокращение составило 3,5 раза. Для нашей страны это оказалось очень серьезным ударом, поскольку доля сырья в экспорте у нас по-прежнему преобладающая и составляет на сегодняшний день 69% (с учетом снижения цены и наращения количественного объема эта цифра скорее близится к 75-76%). Объем именно сырой нефти и нефтепродуктов в экспорте у нас составляет примерно 36% от общего объема экспорта. Нетрудно понять, какой урон нанесло сокращение дохода от этой статьи в 3 раза.
Некоторые патриоты-охранители из блогерского сообщества из лучших, видимо, побуждений, рассказывают сказки о том, что уже весной цена взлетит за отметку в $100. Скажу честно - мне бы этого очень хотелось! Но вот надежды на это маловато. И вот почему.
4 декабря в Вене прошел саммит стран ОПЕК по итогам которого договоренности об изменении квот на добычу не были достигнуты, а следующий плановый саммит назначен на июнь 2016 года. Одновременно с этим, Саудовская Аравия составила свой бюджет исходя из сегодняшних низких цен, заложив в него громадный дефицит - $87 млрд. Поскольку Саудиты являются основными игроками на понижение цены, а бюджет – это по-существу, план к исполнению, значит они не планируют предстоящего роста цены. Одновременно с этим и глава МЭА Фатих Бироль заявил о том, что в 2016-м году цена может продолжить снижение. Ранее МЭА прогнозировало к 2020-му году медленный рост - "Процесс корректировки на нефтяном рынке редко проходит гладко, однако в нашем Основном сценарии рынок вновь устанавливает равновесие на уровне 80 долл. США/барр. в 2020 году с последующим повышением цен." (подробнее по данному вопросу я писал тут).
Второе важное событие года – это разрыв отношений с Турцией, вызванный тем, что турецкие ВВС 24 ноября сбили наш военный самолет Су-24, участвующий в военной операции в Сирии против террористического Исламского государства.Турция являлась одним из крупных торговых партнеров России, и, разумеется, после инцидента, после того, как турецкая сторона отказалась принести извинения, экономические отношения между нашими странами оказались под угрозой, началось сворачивание и замораживание проектов (от общеторговых, до конкретных проектов. Подробно я писал об этом тут и тут). Общий товарооборот с Турцией у нас составлял порядка $44 млрд. Основными статьями нашего импорта были машиностроительная, сельскохозяйственная и текстильная продукции. Экспорт был представлен, преимущественно, конечно же, сырьем – газом и металлами. Вопрос о газе тут представляется самым важным – речь о Турецком потоке, который, как мы помним, предлагалось проложить как альтернативу Южному потоку, и на который, помимо Турции рассчитывали еще и ряд балканских стран. Теперь проект де-факто заморожен, а Турки уже наводят мосты в другие страны. 3 декабря была достигнута договоренность между президентом Турции Эрдоганом и президентом Азербайджана Алиевым о достройке трансанатолийского газопровода TANAP к 2018 году.
 А накануне, 2 числа, Турция и Катар подписали меморандум о поставке последним газа Турции в случае прекращения импорта из России.
А еще незадолго до этого, 27 ноября, 9 стран Евросоюза (Венгрия, Польша, Болгария, Латвия, Литва, Румыния, Словакия, Чехия и Эстония и примкнувшая к ним со словами поддержки Украина) направили в адрес Еврокомиссии письмо о том, чтобы проверить проект строительства уже Северного Потока-2 на предмет соответствия европейским нормам права. Сделано это было в преддверии Саммита ЕС, проходящего 17-18 декабря в Бросселе.
Риски срыва проекта, я думаю, тут невелики. У нас есть союзники по проекту, как заинтересованные – это крупные компании, участвующие в проекте (E.ON (Германия), Shell (Нидерланды-Британия), BASF/Wintershall (Германия), OMV (Австрия) и Engie (Франция)), так и потенциальные интересанты, например, Италия. А также вынужденные, в первую очередь, Германия, которая не имеет в перспективе альтернативы кроме СП-2.
Однако характерно другое: очень четко выступила своего рода антироссийская экономическая дуга, простирающаяся через всю Восточную Европу от Эстонии через Турцию к Азербайджану. Меж тем, в эти страны начинает нарастать импорт из других держав. Так, 12 декабря к построенному в Польше терминалу СПГ прибыл танкер, который привез 120 млн. кубометров газа – тестировочную партию для запуска терминала, который, как предполагается, будет покрывать треть польских потребностей.
То есть Россию пытаются всячески отрезать от Европейского рынка. Причем, мы, фактически, ничего не можем противопоставить консолидированным интересам наших врагов, кроме потребностей наших покупателей. То есть по существу, Россия тут, к сожалению, ведет себя предельно пассивно, пользуясь своей привлекательностью, но практически не проявляя никакой политической воли. Что и неудивительно, учитывая что газ и нефть являются единственными нашими серьезными рычагами влияния на Европу.
Из хорошего на внешнем рынке – это, конечно же, "восточный поворот" и все связанные с ним приобретения, в первую очередь нашедшие свое отражение в Восточном экономическом форуме, проходившим 3-5 сентября.
Россия в лице Роснефти и Газпрома всерьез нацелилась на рынок Китая и планирует многократное увеличение на нем своего присутствия. Это следует и из заявлений Сечина на ВЭФ и из заключаемых договоренностей. Однако тут есть вторая сторона медали – для крупных проектов требуются значительные инвестиции, о чем тот же Сечин на форуме заявил прямо. Какие-то проекты уже начали реализовываться. Это и Восточная Нефтехимическая компания – крупный кластер близ Владивостока из нефтеперерабатывюащего и нефтехимического комбината, это и начало проектных работ по Силе Сибири. Это и кое-какие чисто внутрироссийские проекты, например,
расширение Сахалина-2 для экспорта в Японию, и строительство Амурского НПЗ и строительство Находкинского завода минудобрений.
Все это хорошо. Что следует отметить – это то, что по всем подобным крупным событиям локомотивом выступает наш ТЭК. Это одновременно хорошо, что он локомотив. А с другой стороны – плохо, поскольку все проекты так или иначе связаны с топливом, с газом, с нефтью. И там, куда инвестировать не выгодно, наши топливные гиганты не лезут. Хотя эти отрасли также важны.
Есть и другой аспект: по итогам визита премьер-министра Медведева агентство Синьхуа, т.е. официальное агентство правительства КНР опубликовало новость, где отметило, что экономика России находится в стратегическом тупике.
Помимо самой серьезности такой оценки со стороны, не может не вызывать вопросов одновременная нацеленность Китая на укрепление с нашей страной стратегических связей, а также усиление роли Китая в Средней Азии. При соотнесении этих двух позиций выходит так, что Китай готов видеть в нас главным образом, сырьевой придаток. 
Второй успех, это, конечно же, удачные боевые действия в Сирии. Это не только повышение боеспособности наших подразделений, и, так сказать, хорошая тренировка, но и демонстрация качества нашего оружия. Спрос на которое на мировом рынке растет – портфель заказов достаточно весомый, порядка $57 млрд. долларов.
Последним важным, и увы, печальным моментом года была объявленная новая приватизация. Приватизировать будут стратегические компании, об этом заявил Путин, об этом заявил Улюкаев. Речь идет о приватизации 19,5% Роснефти, а также "Башнефти", "Транснефти", "Совкомфлота" и "Аэрофлота". И тут дело не только в том, что в структуре государственных компаний получат значительные доли частники (т.е. т.н. скрытая национализация трехлетней давности, когда госкомпании покупали частные, откатывается назад), но и то, что раз на такой шаг пошли, то дело очень серьезно. Мотивацией руководства государства является то, что данная мера позволит нам увеличить подушку безопасности. Значит подушка истощилась уже так сильно, что дальше некуда.
Еще стоит отметить, что бюджет на предстоящий год сверстали исходя из 50 долларов за баррель. Ну, во-первых показателен тот факт, что горизонт планирования у нас год, а это на любом предприятии – оперативный, тактический уровень. То есть агентство Синьхуа право. Стратегический тупик. Во-вторых, реальная цена ушла далеко ниже 50. И бюджет опять приходится пересматривать, к чему сейчас идет подготовка. Теперь говорится уже о 40 долларах. Притом что нефть уже упала ниже 30. 
Налицо - маразм элиты и совершенное отсутствие стратегического видения. Оно отсутствует как таковое, а все экономические меры осуществляются в рефлексивном порядке, инерционно. Есть проекты - хорошо. Нет - ну и ладно! И такая политика в условиях усиливающегося кризиса и отсутствия соответствующих ситуации мер, не оставляет, к сожалению, надежд на лучшее.
Оригинал статьи тут.