воскресенье, 13 декабря 2015 г.

Сколько еще протянет «новая евроимперия»?


перепечаталa из politrussia.com 

Россия и Европа. Мы и они. Тематика, которая всегда была актуальна на любом уровне российского общественного дискурса — от кухонных посиделок до открытых политических дискуссий и академических научных исследований. Каждая историческая эпоха вносит свои коррективы в понимание наших взаимоотношений с Европой. На дворе 2015 год. Прошел он под знаком взаимных санкций и ограничений, а также довольно негативной риторики по отношению друг к другу. Постпред России при ЕС Владимир Чижов назвал его одним из самых сложных за последние два с половинойдесятилетия.
Неудивительно, что споры о путях России и Европы разгораются с новой силой. Много в них мифов и стереотипов, возникших еще во времена противостояния западников и славянофилов. Одни расценивают Европу как светоч прогресса мировой цивилизации, средоточие демократических ценностей и бытового комфорта и призывают вернуться в ее лоно, а другие, и таких все больше, — предсказывают её закат. На мой взгляд, крайне важно уйти от крайностей позапрошлого века и исходить из следующих положений:
1. Европа, несмотря на высокий уровень экономического развития, не является мировым лидером в идеологии и политике. Ее можно рассматривать только в качестве лишь одного из полюсов притяжения.
2. Европу нельзя рассматривать в качестве монолитного политического субъекта, да и вообще как нечто единое. Да, европейцы пришли к неким единым стандартам потребления, но на более глубоком уровне старый свет — это довольно сложный клубок межнациональных, региональных и других противоречий. Самый простой пример: жители более богатых северных районов Италии (Рим, Милан, Турин) не воспринимают более бедных южан (Неаполь, Сицилия) в качестве полноценных итальянцев.
3. Демократия и права человека не являются главными европейскими ценностями. В качестве таковой можно рассматривать исключительно прагматизм, поиск экономической эффективности. Определяющую роль в выработке политический решений играет крупный бизнес.
4. Россию, несмотря на культурные и экономические связи, а также общие исторические корни, ни при каких условиях не признают равноправным партнером Европы.
Исходя из этого важно дать правильную оценку тому, что на самом деле представляет собой Европейский Союз. На Западе его преподносят как воплотившуюся в жизнь многовековую панъевропейскую мечту, хотя существует он немногим более 20 лет (формально ЕС был образован Маастрихтским договором в 1992 году). И чисто внешне у него есть то, что можно воспринимать, как вполне серьезную политико-экономическую структуру. Это 28 государств с населением более полумиллиарда человек, открыто декларирующие неразделимость своих интересов и устремлений, имеющие единое экономическое пространство, скрепленное мировой валютой — евро (пока что введена лишь в 19 из всех стран), общий парламент, отсутствие таможенных границ и пр. Идет много разговоров о выработке общей Конституции и объединении на уровне некой европейской федерации.


Все это производит определенное впечатление, в том числе, и на российских экспертов. У нас выпущено немало статей, в которых Евросоюз рассматривается в качестве новой империи. Ни много, ни мало! Такой подход, на мой взгляд, абсолютно бесплоден. Европейский Союз не является таковой по определению! Более того, он никогда не сможет ей стать. В империи всегда есть центр с мощной армией, централизованным управлением, завязанным на личности диктатора или монарха, а также воинствующей идеологией. Очевидно, что данные характеристики у ЕС отсутствуют.
Европейский Союз — геополитический проект с параметрами функционирования, заданными не имперской логикой, а конкретными и вполне прагматичными интересами транснациональных корпораций (ТНК), а также Североатлантического Альянса (НАТО). ТНК необходимо продвигать свои товары и услуги на как можно большие пространства, что гораздо удобнее и легче делать в единой экономической зоне. При этом о национальных производителях никто в реальности не думает. Все прелести экономической евроинтеграции ощутили на себе, прежде всего, восточноевропейские страны.
США Евросоюз нужен для продвижения своих геополитических интересов. Казалось бы, почему еще в 1992 году нельзя было договориться хотя бы о некоем подобии общей конституции, а также о создании общей армии? Дальше разговоров дело не идет до сих пор, а вот орган, отвечающий за выработку общей для всех стран-членов ЕС внешней политики, появился уже тогда. Ответ прост. И ТНК, и НАТО в лице США, гораздо проще влиять на один политический центр, чем договариваться с каждой страной по отдельности, а армия одним невыгодна, а другим попросту не нужна и в какой-то степени опасна как потенциальный конкурент. Неудивительно, что все чаще и чаще слышны обвинения в адрес евросоюзной бюрократии в отрыве от, собственно говоря, общеевропейских интересов, а также полном игнорировании интересов отдельных стран. Касаются эти обвинения участия в ряде военных операций, а также введения санкций против нашей страны.


Глава МИД РФ Сергей Лавров совсем недавно открыто заявил, что «европейские санкции были введены в решающей степени по требованию США». Хотя, как мы видим, если брать по отдельности, то далеко не все члены Евросоюза выступают за пролонгацию санкций. К таковым, например, относится Италия, уже официально озвучившая свою позицию на уровне постпредов при ЕС.
С момента создания ЕС большое количество европейских политиков выступало в качестве так называемых евроскептиков. И на все то, о чем я говорил выше, они многократно указывали. Например, бельгийский депутат Лоран Луи, известный сторонник прямой демократии, о которой в Европе предпочитают не вспоминать, в выступлении перед парламентом высказал следующую мысль: «Я считаю, что пора прекратить наше участие в деятельности ООН и НАТО и выйти из Европейского Союза, если такая Европа вместо обеспечения мира становится средством нападения и дестабилизации суверенных государств во имя скорее финансовых, нежели общечеловеческих интересов». Подобных рассуждений немало и среди политиков во Франции, Италии, Испании, и даже в Германии, считающейся несущей конструкцией Евросоюза.


Однако голос евроскептиков до поры до времени был не столь сильным. Все изменила очередная, небывалая по своей силе, волна миграции из стран Ближнего Востока. Только в Германию въехали около миллиона человек. Далеко не все видят в нынешней единой Европе силу для отражения нового вызова. Многие считают необходимым закрыть границы и спасаться от миграции отдельно друг от друга. Даже еврочиновники топ-уровня признают, что будущее Европы как целостного политического образования вызывает серьезные опасения в связи с последними событиями. Глава Европейского совета Дональд Туск заявляет ровно следующее: «Нет никаких сомнений в том, что этот кризис (прим. кризис с мигрантами) может изменить Европейский союз в том виде, в каком мы его построили»«Этот кризис может разрушить фундамент, на котором держится наше сотрудничество», — вторит ему премьер-министр Нидерландов Марк Рютте. И победа на местных выборах во Франции Национального фронта во главе с последовательным евроскептиком Марин Ле Пен лишний раз подтверждает страхи еврочиновников.


А ведь у Европы много других серьезных проблем. Стремительное старение населения, что в перспективе сделает невозможным обеспечение социальной системы в ее нынешнем виде, да и работу экономики в целом. Ускоряются процессы регионализации, которые входят в прямое противоречие с евроинтеграционными процессами. Растет страх перед терроризмом. Становится все более очевидной неспособность таких стран, как, например, Греция, поддерживать экономику на плаву без внешних вливаний. Германия и Франция уже не могут исполнять роль донора.
Апогеем подобных настроений можно считать заявление спикера Европарламента Мартина Шульца о существовании сил, пытающихся развалить ЕС. «Никто не может предсказать, просуществует ли ЕС в данном виде еще десять лет», — сказал он.
Так распадется ли Европейский Союз или продолжит свое существование и расширение? А если продолжит, то в какой форме? Важно понимать, что ЕС — изначально искусственное политическое образование. Панъевропейская идея всегда будоражила умы европейских мыслителей, но всегда оставалась лишь красивой теорией, разбиваясь об камни эгоизма тех или иных стран. Сейчас основной фактор противодействия евроинтеграции — мнение населения стран-участниц. Не знаю, что конкретно имел в виду господин Мартин Шульц, но, как мне видится, именно народы Европы являются теми силами, которые хотят разрушить ЕС. Тот самый Маастрихтский договор, учредивший ЕС, с трудом был ратифицирован. Например, на референдуме во Франции его поддержало немногим больше половины населения. Сейчас, как видится, соотношение было бы отнюдь не в пользу подписания договора. Но сейчас уже народ никто спрашивать не собирается. Однако очевидно другое: политического будущего у Евросоюза нет. Позиции евроскептиков усиливаются и их представительство во власти на национальных уровнях, по мере проведения очередных выборов, будет только увеличиваться. Соответственно, политические структуры ЕС будут ужиматься, роль Европарламента и Европейского совета последовательно снижаться.
Важнейший фактор сохранения и поддержания Евросоюза в будущем — заинтересованность в нем как в проводнике геополитических и экономических интересов. Заинтересованные силы мы уже называли. История показывает, что искусственно поддерживаемые политические образования могут существовать довольно долго. Например, СССР продержался 70 лет. Но заканчивают они всегда одним и тем же — распадом. А сегодня политические процессы ускоряются невероятно. И, как мы видим, негативных факторов существования ЕС гораздо больше, чем положительных. Поэтому 10 лет — срок весьма солидный. Протянет ли их ЕС в своем нынешнем виде вопрос очень и очень спорный. Все указывает на то, что развязка наступит гораздо раньше.